Глава 12 РЫЧАГИ ВОЛШЕБНЫХ СКАЗОК

Глава 12 РЫЧАГИ ВОЛШЕБНЫХ СКАЗОК


Глава 12

РЫЧАГИ ВОЛШЕБНЫХ СКАЗОК

Из гадкого утенка — в лебедя

Богатый папа очень любил сказку про Зайца и Черепаху. Как-то он сказал мне: «Я преуспеваю потому, что всегда был черепахой. Я вышел не из богатой семьи. Не блистал умом в школе. Я ее просто закончил. У меня нет никаких особых талантов. Тем не менее я гораздо богаче большинства людей только потому, что не останавливался на полдороге. Я никогда не переставал познавать и расширять свою реальность».

Богатый папа любил волшебные сказки и библейские истории. В начале этой книги я поделился с вами историей о Давиде и Голиафе. Богатому папе очень нравилась история о том, как обыкновенный, небольшого роста юноша смог победить великана с помощью простого механизма, использующего силу рычага, — пращи. Богатый папа любил волшебные сказки, хотя и не был заядлым читателем, но он впитывал уроки, почерпнутые из этих сказок, и они направляли его жизнь — жизнь, начавшуюся с нуля и в конечном итоге ставшую настоящей финансовой электростанцией.

Мы с Ким много раз бывали разорены и жили на самые ничтожные средства; и каждый раз я находил укромное местечко, где мог посидеть в тишине и опять услышать, как богатый папа рассказывает сказку про Черепаху и Зайца. Помню, как он говорил: «Еще много раз в жизни ты встретишь людей гораздо более умных, энергичных, более могущественных и богатых и более одаренных, чем ты. Но то, что они вырвутся вперед, еще не значит, что ты не сможешь выиграть эту гонку. Если ты сохранишь веру в себя, будешь делать то, чего не хочет делать большинство людей, и будешь постоянно, ежедневно продвигаться вперед, победа в гонке жизни будет за тобой».

Другой волшебной сказкой, которую очень любил богатый папа, была сказка о трех поросятах. Он часто перемежал сказку про Черепаху и Зайца сказкой о трех поросятах. Когда мне было приблизительно 12 лет, богатый папа сказал: «Бедные люди строят здания своих финансов из соломы. Средний класс строит их из прутьев. А богатые — из кирпича». И добавил: «Для преуспевающей черепахи медлительность не помеха, но при этом убедись, что ты строишь дом хоть и медленно, но из кирпичей».

В 1968 году, когда я приехал домой на Рождество (тогда я учился в Нью-Йорке), богатый папа и его сын пригласили меня в свою фешенебельную квартиру в его новом отеле.

— Помнишь, как я рассказывал тебе сказки? — спросил богатый папа, глядя с балкона квартиры на белый песчаный берег и сверкающий голубой океан. — Те две сказки, «Черепаха и Заяц» и «Три поросенка»?

— Конечно, — ответил я, все еще находясь под сильным впечатлением от красоты их новой квартиры, расположенной на самом верху отеля. — Очень хорошо помню.

— Так вот, этот дом — из кирпичей, — сказал богатый папа с легкой ухмылкой.

В тот день, в 1968 году, ему не нужно было много говорить об этом. Он рассказывал и пересказывал эти волшебные сказки так часто, что они стали для меня чем-то реальным. Богатый папа был черепахой, выбравшей более длинную, более медленную, менее надежную дорогу, но зато теперь он был на вершине и взбирался все выше. Ему было 49 лет, и по дороге он уже обогнал многих зайцев.

Я знал также, что мой настоящий папа построил дом из прутьев — дорогой дом в фешенебельном районе по соседству с Гонолулу. Он только что получил повышение по службе и стал главой системы образования штата Гавайи. Он тоже достиг вершины своей лестницы; тоже стал заметной фигурой в обществе, как и богатый папа. Различие состояло в том, что один сам управлял своей судьбой, а другой — нет. Один жил в доме из прутьев, а другой — в небоскребе, сделанном из кирпичей. Через три года мой настоящий папа потерял свою надежную работу, и все, что у него осталось, — это его дом из прутьев.

 

Иногда стоит быть гадким утенком

В 1968 году, стоя на балконе своей фешенебельной квартиры, богатый папа напомнил мне еще об, одной волшебной сказке, которая, как мне казалось, не много значила для него, поскольку он никогда подробно не рассказывал ее своему сыну и мне.

— Ты знаешь сказку про гадкого утенка? — спросил богатый папа.

Я кивнул головой, облокотившись о перила балкона.

— Ну так вот, большую часть своей жизни я смотрел на себя как на гадкого утенка, — сказал он.

— Вы что, шутите? Как вы могли смотреть на себя как на гадкого утенка?

Трудно было поверить в это, поскольку богатый папа был очень симпатичным мужчиной.

— Когда в 13 лет я бросил школу, то смотрел на мир глазами стороннего наблюдателя, глазами человека, не подготовленного для жизни в этом мире, того, кто плетется позади. Когда я работал в лавке моих родителей, мальчишки из средней школы, которые были членами футбольной команды, заходили туда, чтобы поиздеваться надо мной или нанести какой-нибудь ущерб нашей лавке. Не раз в течение дня эти накачанные быки заходили в лавку, скидывали с полок банки с консервами или выбрасывали на дорогу апельсины и подзадоривали меня дать сдачи.

—  И вы никогда не вступали с ними в драку? — спросил я.

— Я дважды вступал в драку, но был основательно избит, — сказал богатый папа. — Но я рассказываю тебе эту историю не о спортсменах-хулиганах. В этом мире есть «быки» и другого рода.

Недоумевая, куда клонит богатый папа, я просто смотрел вниз с балкона и ожидал продолжения рассказа.

— Я знавал также людей другого сорта, которые были интеллектуальными, или академическими, быками. Эти тоже заходили в нашу лавку и говорили со мной свысока, потому что были более образованными. Они считали себя умнее других и поэтому позволяли себе смотреть сверху вниз на тех, кто не ходил в школу.

— Там, где я учусь, полно таких умников, — заметил я — Поскольку они считают себя умней тебя или у них

более высокие отметки, им кажется, что это дает им право насмехаться, когда они разговаривают с тобой, или даже унижать и осаживать при каждом удобном случае.

Богатый папа кивнул и продолжил:

— Работая в лавке, я встречал также и быков социального плана. Они задирали нос, потому что были выходцами из богатых семей или были привлекательными, сексапильными, статными, пользующимися популярностью... в толпе. Сколько раз эти юнцы смеялись и насмехались надо мной! И это казалось мне естественным. Помню, я как-то назначил свидание одной из таких девочек, и ее подружки посмеялись надо мной за одну только эту просьбу. Я все еще помню, как одна из них сказала: «Разве ты не знаешь, что богатые девочки не встречаются с бедными мальчиками?» Это причинило мне сильную душевную боль.

— Это продолжается и сейчас, — сказал я. — Я познакомился с одной девушкой, которая сказала, что не будет встречаться со мной, потому что я не посещал престижную школу.

— Ну, по крайней мере, ты учишься в колледже, — сказал богатый папа. — Когда дети моего возраста поехали учиться в колледж, я почувствовал себя одиноким, отсталым и ненужным. Вот почему в течение всех тех лет я смотрел на себя как на гадкого утенка.

Богатый папа никогда раньше не делился со мной воспоминаниями об этом периоде своей жизни. Теперь мне был уже 21 год, и я понимал, что у нас с Майком есть преимущества, которых в свое время не было у богатого папы. Я знал, что были времена, когда его жизнь была тяжелой с материальной точки зрения, но не имел никакого представления о том, насколько тяжело он это переносил. Стоя на балконе его престижного отеля, я начал понимать, что он не рассказывал мне эту историю, чтобы не вызвать у меня чувства жалости. И сейчас богатый папа улыбнулся — он был очень рад, что сделал это. Поэтому я спросил его:

—  Вы использовали сказку о гадком утенке, чтобы продолжать движение вперед, а не для того, чтобы испытать к себе чувство жалости, не так ли?

— Да, — согласился он. — Я использовал сказки про гадкого утенка, про трех поросят, историю про Давида и Голиафа, сказку про Черепаху и Зайца, чтобы продолжать идти вперед. Вместо того чтобы позволить этим ребятам, которые были спортсменами, или имели более высокое социальное происхождение, или были более интеллектуально развитыми, сбить меня с пути, я использовал их действия, полные снобизма, для собственного воодушевления — чтобы пойти дальше. Сегодня у меня есть дом из кирпичей, и мы находимся в одной из его фешенебельных квартир. Если бы не те волшебные сказки, библейские истории, меня бы здесь сегодня не было. Я уже не гадкий утенок. Построив этот дом из кирпичей, применив самый сильный рычаг, как это сделал Давид, и не жалея времени, как это сделала Черепаха, я очутился здесь — в высшей точке, куда сходятся все улицы, и при этом продолжаю расти.

— Вы превратились в лебедя? — с улыбкой спросил я.

— Ну, я не сказал бы, что поднялся так высоко, — засмеялся богатый папа. — Во-первых, все мы можем расти, развиваться и производить глобальные изменения в своей жизни — если только захотим. Во-вторых, волшебные сказки могут претворяться в жизнь. Гадкие утята могут стать прекрасными лебедями, а медлительные черепахи — выиграть гонку.

 

Гадкие утята превращаются в богатых лебедей

На своих семинарах по инвестированию я часто останавливаюсь на следующих стратегиях выхода:

Бедные

25 000 долларов в год или менее

Средний класс

25 000—100 000 долларов в год

Зажиточные

100 000—1 000 000 долларов в год

Богатые

1 000 000 долларов в год или более

Сверхбогатые

1 000 000 долларов в месяц или более

Я спрашиваю у слушателей: следует ли им продолжать делать то же самое, что они делают сейчас, для того чтобы не быть Пиноккио, или наоборот, говорить правду о том, что является для них реальным. Я спрашиваю у них: «Если вы будете продолжать делать то, что делаете сегодня, то на каком финансовом уровне выйдете на пенсию в возрасте 65 лет?»

Я напоминаю им также, что в лучшем случае только один человек из ста уходит на пенсию на уровне зажиточных людей или более высоком.

Многие признаются, что были бы счастливы выйти на пенсию на уровне среднего класса. Их первостепенная забота — не оказаться в момент выхода на пенсию на Уровне бедных. И все же есть люди, задающие вопрос, которого я всегда жду, а именно: «Что мне нужно сделать, чтобы выйти с уровня зажиточных и подняться выше?» В тот момент, когда человек задает этот вопрос, он получает возможность превратиться из гадкого утенка в финансового лебедя.

На этой стадии курса по инвестированию я могу пересказать ту или иную волшебную сказку или какую-нибудь библейскую историю, которые в свое время рассказал мне богатый папа. Я спрашиваю у слушателей: «Вы можете воспользоваться уроками, почерпнутыми из этих историй, и воплотить их в свою жизнь? Считаете ли вы реальной и важной для вас мораль этих сказок? Вы можете представить себе превращение гадкого утенка в богатого и сильного лебедя?» Выясняется, что одни это могут, а другие просто тупо глядят на меня, удивляясь, зачем я рассказываю им какие-то волшебные сказки на занятии по инвестированию.

Тогда я говорю: «Что касается меня, то переход от умственной установки людей среднего класса к умственной установке зажиточных людей был таким же огромным изменением, как превращение гадкого утенка в прекрасного лебедя».

 

От неэффективного плана — к эффективному

Как-то на моем семинаре одна молодая женщина спросила:

— Каков же первый шаг?

Прежде чем ответить, я нарисовал на отрывном листке из блокнота следующую картинку. Затем сказал:

— В 1989 году, два года спустя после крушения рынка недвижимости и установившегося затем спада, я и Ким разрабатывали свой план. Мы решили покупать по два объекта недвижимости в год в течение 10 лет. Когда рынок рухнул, нам стало попадаться все больше и больше выгодных сделок, поскольку все больше и больше людей поддавалось панике. Менее чем за год мы купили пять небольших владений с рентным доходом, каждое — с позитивным денежным потоком. Я определил, что мы посмотрели, приценивая, более чем 600 различных владений, чтобы найти эти пять маленьких домиков, в которые имело смысл вкладывать деньги. А тем временем рынок все шел на убыль, и стало появляться все больше и больше выгодных сделок. Проблема заключалась в том, что у нас не было денег.

— Итак, у вас были благоприятные возможности, но не было денег? — спросила та же молодая женщина.

Показывая на стакан, нарисованный на отрывном листке, я сказал:

— Я понял, что наши возможности были ограничены нашим контекстом, нашей реальностью.

—  И настало время изменить вашу реальность? — спросил другой слушатель.

Утвердительно кивнув, я сказал:

— Да. Настало время измениться или упустить окошко благоприятной возможности.

В аудитории стояла тишина, все внимательно слушали. Зная, что завладел их вниманием, я спросил:

— Кто из вас видел какую-нибудь благоприятную возможность, но оказался неспособным воспользоваться ею?

Большинство слушателей подняли руки.

— Это происходит потому, — сказал я, — что вы находитесь в пределах своего контекста, того, что считаете для себя возможным, и вашего содержания, то есть накопленных знаний, с помощью которых преодолеваете проблемы и отвечаете на тот или иной вызов.

— И что тогда? — спросил один из слушателей. — Что нам следует делать?

—  Большинство людей сдаются, говоря: «Я не могу этого сделать» или «Я не могу себе этого позволить». Многие спрашивают совета у друзей, и некоторые друзья могут сказать им: «Играй, не рискуя».

— А что сделали вы? — спросил один из слушателей. — Что сделали вы, когда поняли, что ваш план слишком медленно развивается и открылось окошко благоприятной возможности, а у вас не оказалось денег?

— Первое, что я сделал, — это признался себе в том, что был черепахой, которая хотела отказаться от борьбы. Но это было неподходящее время для отступления, это было время рвануть вперед. Кроме того, я знал, что пришла пора попробовать стать лебедем, вместо того чтобы и дальше оставаться гадким утенком. Помня о том, чему научили меня волшебные сказки, я продолжал действовать. Я понимал, что не знаю, как действовать, но знал, что обязательно должен что-то сделать. Такое состояние продолжалось днями, а потом — и неделями. Однажды, когда мы с Ким только что возвратились из какой-то очередной поездки и я вносил в дом чемоданы, раздался телефонный звонок. Это звонил мой любимый брокер по недвижимости, который взволнованным голосом сказал: «Я только что нашел классную сделку! Если она тебя интересует, даю полчаса времени, прежде чем скажу о ней кому-нибудь из моих клиентов».

— Какого рода была сделка? — спросил один из слушателей.

— Он сказал, что это 12-квартирный дом в прекрасном районе стоимостью всего 335 тысяч долларов, причем начальный взнос — всего 35 тысяч, и продавец хочет поскорее его сбыть. Затем брокер передал мне по факсу дату торгов на эту собственность с приблизительным расчетом доходов и расходов.

— И вы сразу же купили его? — спросил еще один слушатель.

— Нет, — сказал я. — Я попросил брокера дать мне полчаса, чтобы можно было немедленно поехать туда и посмотреть этот дом. Прибыв на место, я понял, почему это была классная сделка. Я бросился к телефонной будке и сказал брокеру, что согласен.

— Несмотря на то, что у вас не было денег? — спросил кто-то.

— У нас не было ни цента, — ответил я. — Мы только что купили последний из наших пяти домиков и были совсем на мели, потому что инвестировали в недвижимость и одновременно реинвестировали деньги в наш бизнес. Но, несмотря на то, что у нас не было денег, я предложил продавцам то, что они просили, то есть первоначальный взнос 35 тысяч долларов, а остальные 300 тысяч я обещал выплатить в течение пяти лет из расчета восемь процентов. Это была прекрасная сделка, которую я не мог упустить.

— А почему это была прекрасная сделка? — спросил кто-то из слушателей.

— По многим причинам. Во-первых, владельцы сами жили в этом доме и поэтому никогда не повышали арендную плату. Арендаторы были их друзьями, и хозяевам неловко было просить их платить больше; таким образом, рента составляли всего 25 процентов от рыночной цены за подобное жилье. Во-вторых, хозяева — супружеская пара — были слишком старыми, чтобы управлять этой собственностью; они просто хотели выехать оттуда. Не являясь искушенными в этом деле инвесторами, они не смогли определить истинную цену своей собственности. Кроме того, они боялись, что ее стоимость будет падать в дальнейшем, одновременно с общим спадом на рынке, поэтому очень волновались и спешили ее продать. Еще одной причиной выгодности этой инвестиции было то, что буквально в миле от этого дома строился новый завод компьютерных чипов и вскоре в этот район должны были переехать более тысячи работников нового предприятия, что опять-таки означало бы повышение ренты. Но главное было в том, что мне не нужно было идти в банк занимать деньги — факт, делавший эту сделку поистине превосходной. Итак, я позвонил моему брокеру и сказал, что не буду торговаться и согласен на все условия контракта. Оставалась единственная проблема — найти эти 35 тысяч долларов в течение 30 дней — не позже этого срока чета стариков хотела начать переезд.

— Так что, в течение 30 дней вы не переставали спрашивать себя: «Как я могу себе это позволить»? — спросил один из слушателей.

— Да, две ночи мы с Ким крутились и вертелись, ерзали и потели от волнения, — сказал я. — Но мы не задавались вопросом, как мы можем себе это позволить. Мы все время спрашивали себя, почему мы так обезумели. А я все время думал: «Зачем я это делаю? Мы прекрасно занимаемся своим делом. Наши инвестиции работают. Зачем мне лишние беспокойства? Я не переставая думал об этих 35 тысяч долларов. Я понимал, что 35 тысяч долларов — это гораздо большая сумма, чем зарабатывают многие люди за год до вычета налогов, а я через месяц должен буду выложить их наличными. Мне захотелось бросить это дело. Мое чувство уверенности в себе пошатнулось, я чувствовал себя глупым, свихнувшимся, неспособным разумно контролировать свои действия. Проведя четыре бессонные ночи, я наконец успокоился и поставил вопрос так: «Как мы могли бы позволить себе это?»

— Так как же вы позволили это себе? — спросил слушатель. — Или — не позволили?

— Наконец, после беспокойных ночей, когда мы обливались потом, молились и делали все возможное, чтобы не отступить, мы послали все необходимые документы в банк и рассказали свою историю управляющему. После того как он отказал, я спросил, почему он нам отказывает и что я могу предпринять. После его ответа я отправился в следующий банк, с кое-какими поправками, сделанными первым банкиром, и опять получил отказ. Мы опять спросили банкира, почему нам отказали. Направляясь к пятому банкиру, я уже знал невероятно много о том, какую информацию хотели получать банки, почему она была нужна им и в каком виде она должна быть им представлена. И хотя наша презентация была на этот раз намного лучше, мы все-таки получили отказ и в пятом банке. Почти готовые бросить эту затею, мы с Ким поехали в шестой банк. На этот раз мы подготовились намного лучше. Кроме того, мы знали, почему эта инвестиция была хорошей. Пытаясь убедить пятерых банкиров, мы в гораздо большей степени убедили себя в разумности этой сделки. На сей раз наша презентация была гораздо более четкой и профессиональной. Мы говорили на языке банкиров, терминами и цифрами, объясняя, почему это такая прекрасная инвестиция. И шестой банкир сказал «да». Через два дня он выписал нам чек на 35 тысяч долларов, а еще через три дня мы поехали в компанию, занимающуюся депонированием, и купили этот 12-квартирный дом.

— А что произошло после этого? — спросил один из слушателей.

— Рынок недвижимости продолжал падать, а мы продолжали покупать, — ответил я. — И хотя у нас было очень мало денег, мы упорно продолжали покупать. К 1994 году на рынке начался подъем, и мы обрели финансовую независимость до конца своих дней. То 12-квартирное здание было продано за 500 тысяч долларов в 1994 году, не считая 1100 долларов ежемесячного дохода на протяжении того периода, когда мы владели этим домом. 165 тысяч долларов прибыли от продажи этой собственности были внесены в налоговый список с отсрочкой и вложены в 30-квартирный меблированный дом, один из тех, которыми мы владеем и сейчас. Он начал давать нам около 5000 долларов в месяц. А от других владений и инвестиций, которые у нас были, мы получали свыше 10 тысяч долларов пассивного дохода в месяц, что передвинуло нас на уровень зажиточных людей, и мы отошли от дел. У нас было 10 тысяч долларов пассивного дохода и около 3000 долларов ежемесячных расходов. Мы стали финансово свободными людьми.

— Значит, это не было просто удачей, — сказал один слушатель. — Это был ваш план, который получил ускорение.

— Мы подготовились к тому моменту, когда откроется окошко благоприятной возможности, и воспользовались ею, — сказал я. — Вскоре после 1994 года цены на недвижимость стремительно подскочили, и стало несколько труднее находить подобные сделки и продавцов, находящихся в затруднительных обстоятельствах.

—  Следовательно, вы понемногу делали деньги, не тратя ни копейки из собственных средств? — спросил один из слушателей.

— Да, это было так, но я не советую вам делать то же, что делали мы. Инвестировать в недвижимость, не имея каких-либо наличных денег, может оказаться очень рискованным делом, если вы не знаете, во что инвестируете, и когда у вас нет запаса наличных на тот случай, если дела пойдут нет так, как вы ожидали. Я встречал много людей, которые покупали какую-нибудь собственность, не имея наличных, а потом обнаруживали, что расходы, связанные с этой собственностью, намного превышают фактический полученный ими доход. У меня были друзья, потерпевшие банкротство, потому что покупали недвижимость или бизнес, которые имели слишком неудобные рычаги. Вот почему я в открытую не одобряю покупку недвижимости при отсутствии наличных денег. Я рекомендую сначала приобрести некоторый опыт в области покупок, продаж и, особенно, управления недвижимостью, прежде чем перейти к сделкам, требующим мощных рычагов. Мы осмотрели сотни объектов недвижимости, выставляемых на продажу, прежде чем купили именно этот 12-квартирный дом, а кроме того, у нас был Денежный поток от нашего бизнеса, что могло бы поддержать нас в случае каких-нибудь неожиданных потерь в процессе инвестирования. Риск, связанный с покупкой недвижимости при отсутствии достаточного количества денег, состоит в том, что можно не справиться с имеющимися рычагами, а в результате процесс инвестирования может легко съесть вас живьем, если что-нибудь пойдет не так. Поэтому повторяю: я никому не советую делать то, что сделали мы. Я рассказал вам эту историю лишь по одной причине.

— И что же это за причина? — спросил кто-то из слушателей.

Подойдя к наклеенному на стену отрывному листку, я сделал кое-какие приписки к уже сделанному рисунку.

— Я рассказываю вам эту историю потому, что хочу указать на важность стремления постоянно, шаг за шагом, расширять свой контекст.

— Значит, сегодня вам легко позволить себе купить собственность стоимостью 335 тысяч долларов, потому что вы расширили свою реальность и повысили образование. Вы это хотите сказать? — спросил кто-то из присутствующих.

— Очень легко, — ответил я. — Оглядываясь теперь назад, кажется глупым считать 35 тысяч долларов крупной суммой, а 12-квартирный дом — крупной сделкой. Но в то время эти деньги были большими и сделка считалась очень крупной. Для нас с Ким была важна готовность перешагнуть границы нашего привычного контекста.

— Поэтому-то большинство людей и не выходят за привычные границы, в которых они чувствуют себя комфортно, — сказал другой слушатель. — Они находят более легким играть без риска и говорить: «Я не могу себе этого позволить».

— Весь мой опыт подтверждает это, — сказал я. — Я считаю, что одна из основных причин, по которой не более одного процента населения поднимаются выше уровня зажиточных людей, состоит в том, что большинство находит весьма некомфортным выходить за рамки своей привычной реальности, своего контекста и своего содержания. Они пытаются решить свои финансовые проблемы с помощью имеющихся знаний, вместо того чтобы расширить их, взявшись за решение более крупной проблемы. Вместо того чтобы принять более серьезный финансовый вызов, большинство людей всю свою жизнь упорно борются со своими мелкими финансовыми проблемами, они сжились с ними и чувствуют себя вполне комфортно. Эти люди остаются бедными, но прекрасными лебедями, вместо того чтобы рискнуть опять стать гадкими утятами.

— А вы стали опять гадким утенком? — спросил один из слушателей с легким налетом иронии.

— Конечно, — ответил я. — После покупки дома за 335 тысяч долларов мы поняли, что с такой же легкостью можем делать гораздо большие инвестиции, вплоть до 2,5 миллиона долларов. В период с 1994 по 2001 год мы достигли этого уровня, и наш пассивный доход без особых усилий увеличился до 16 тысяч долларов в месяц. Мы определенно находились на уровне зажиточных людей, и пришло время передвинуться на уровень богатых. Те из вас, кто знает наше прошлое, возможно, вспомнят, что книга «Богатый папа, бедный папа» была в черновом варианте написана между 1995 и 1996 годом; тогда же, в 1996-м, я придумал настольную игру «ДЕНЕЖНЫЙ ПОТОК» и опять вернулся в мир бизнеса. В том же году я понял, что пришло время научиться выводить компании на фондовый рынок посредством IPO, и познакомился с Питером, непревзойденным специалистом в этой области, как описано в моей третьей книге, «Руководство богатого папы по инвестированию». Кроме того, в 1996 году мы с Ким познакомились с Шэрон Лектер, которая способствовала опубликованию книги «Богатый папа, бедный папа». Осенью 1997 года Шэрон, Ким и я основали компанию «CASHFLOW® Technologies, Inc.». Мы вступили в новый мир с новым контекстом, содержанием и друзьями. Наш инвестиционный контекст по недвижимости оставался на уровне 2,5 миллиона долларов в инвестициях.

— Итак, вы предприняли шаги по расширению своего контекста в других областях, но не расширили своей реальности в области недвижимости. Вы это хотите сказать? — спросил очередной слушатель.

— Именно это я и хочу сказать, — ответил я. — С Шэрон в качестве соавтора и делового партнера в бизнесе наша маленькая компания выросла, перешагнув границы нашей самой большой мечты. Без нее мы не достигли бы такого успеха, какой имеем сейчас. Поработав пять лет с Питером, мы создали шесть компаний, готовых через несколько лет выйти на фондовый рынок посредством процедуры IPO. Как в бизнесе, так и в деятельности по выводу компаний на официальный рынок акций наша реальность относительно того, что возможно, значительно расширилась. Наш контекст в связи с решением этих новых задач сделал поистине квантовый скачок.

— Но ваша реальность в области недвижимости осталась прежней, — заметил один из слушателей. — Она осталась той же, что и в момент покупки 12-квартирного дома за 335 тысяч долларов. Она осталась в тех же границах — между 335 тысячами и 2,5 миллиона долларов. В этом заключается ваш урок, не так ли?

— Именно так, — сказал я. — То, что человек улучшает свои дела на одной финансовой арене, еще не значит, что он расширяет границы в любой сфере своей деятельности. Вот почему в 2001 году мы с Ким решили, что настало время вернуться к недвижимости и опять раздвинуть стены нашего контекста.

 

-------------------------------------------------------

Отдых и туризм в России!; Пожарное оборудование, средства индивидуальной защиты, Беларусь, Могилев; Отбеливание зубов; Переславль Залесский, Отель, Торговый центр, кафе; Недвижимость Москвы; гибкая черепица, металлочерепица;